Загрузка...

Борьба с раком: С тех пор я верую в Бога. Сквозь поколения.

От редактора: «Этой статьей мы продолжаем серию материалов, рассказывающих о людях, столкнувшихся с раком». С каждым годом мы становимся старше, опытнее, у нас все больше и больше накапливается в нашей памяти информации. И тогда у нас наступает прекрасное время воспоминаний. Мы вспоминаем детство, юность, школьные годы, кто-то учебу в институте, а кто-то службу в армии, просто хорошие эпизоды из нашей жизни, как проходили через различные испытания. Одно из таких воспоминаний о Мельникове Якове Ивановиче, нашем брате во Христе.

Примерно в 1994 году зимой мы делились верой, проповедовали людям о Христе. И делали это среди жителей микрорайона Москвы рядом с местом, где проводились собрания. Тогда подъезды домов не имели таких запорных устройств как сейчас, а если где-то и были, то они, как правило, не работали. За давностью времени я уже не помню, с кем я ходил в девятиэтажном доме. Я предложил идти пешком с первого до последнего этажа, а затем назад посещать те квартиры, которое по каким-то причинам нам не открыли, возможно, жильцов, не было дома. Нас было четверо, а на каждом этаже было по семь квартир: в холлах справа и слева от лифта. И мы по двое периодически менялись: направо, налево, потому что число квартир в холлах было четыре и три. На последнем этаже нам открыли дверь жильцы двух квартир из четырех. И на вопрос «Верите ли вы в Бога?» один из пожилых мужчин, не высокий, бородатый дедушка сказал: «Да!». И мы ему сказали, что через час в зале рядом будет собрание христиан, служба Богу. И он сказал: «Хорошо, я приду», а второй мужчина отказался, сославшись на занятость.

От братьев через какое-то время я узнал, что этот мужчина пришел на христианское собрание, его сердце было расположено искать Бога, Его волю, и он согласился изучать Библию и креститься. И я с ним познакомился, им оказался Мельников Яков Иванович. Ему было 78 лет, пенсионер, капитан третьего ранга в отставке, участник Великой Отечественной войны. Служить начинал в авиации еще в 1937 году.

На мой вопрос, как он пришел на христианское собрание, он засмеялся и ответил: ко мне домой пришли молодые люди и пригласили меня к Богу. Живу я на девятом этаже, а лифт не работал, но они поднялись ко мне и пригласили. Я сказал, что приду на собрание, потому что они не поленились подняться на девятый этаж и проповедовать. А раз приглашали к Богу, то значит в неплохое место, и сами не плохие. А в Бога я верю давно…еще с войны. А когда он сказал, где живет, я ему сказал, что среди тех, кто ходил в подъезде его дома был и я, только мне достался другой холл.

Яков Иванович служил в авиации еще с довоенных лет, был авиационным инженером. В те годы это было почетно, престижно, все летчики – герои! Одна форма чего стоила, вид, выправка.

Война, это постоянное ожидание встречи со смертью, даже если ты не на передовой. И Якову Ивановичу по роду службы приходилось на транспортных самолетах летать, как инженеру полка в командировки, в один из осажденных городов, ведущих оборону (по-моему, Севастополь). В связи с этим надо было перелетать линию фронта, а потом еще раз – линию фронта уже в районе окруженного города, то есть дважды. В обратную сторону также. Это страшно, когда слышны взрывы зенитных снарядов, осколки и пули прошивают стенки самолета рядом с тобой. Рядом гибнут люди. В такие моменты я молился, я не знаю, откуда брались слова, но я просил Бога оставить меня в живых, и меня за всю войну не задела ни одна пуля, ни один осколок. Это чудо. Чудо от Бога.

Читайте также:  Она заботилась о других до последней минуты своей жизни

Яков Иванович рассказал как уже после войны, однажды надо было перегонять самолеты на другой аэродром. Это были штурмовики, где помимо летчика есть место стрелка-радиста. Он находится в такой башенке ближе к хвосту. За штурвал сел заместитель командира полка, а я забрался на место стрелка (пулемет был снят) и мы полетели. Лететь не далеко. Максимум полчаса. Можно было перетащить самолеты на буксире, но надо снимать крылья, а потом ставить обратно, на это требовалось время, а людей было мало. Посчитали, что лучше перегнать по воздуху самолеты. Наш полет был разведывательный. Одно дело сидеть в салоне самолета в кресле и смотреть в иллюминатор, а тут я вижу впереди все, сбоку, повернусь вместе с креслом стрелка и смотрю назад.

Красота. Была поздняя осень, холодно. Одет был в теплую ватную куртку из «чертовой кожи», очень крепкий брезент черного цвета. И вот в какой-то момент я понял, что с самолетом что-то не ладное.

Он стал падать, не резко вниз, а плавно, но так как летели не высоко, то это было опасно, под нами лес. Я решил спуститься вниз, и пока переставлял ноги по лесенке — понял, что самолет стал задевать верхушки деревьев, его стало трясти и кидать в стороны от ударов, я не удержался и упал. Падая, зацепился сзади поясом куртки за турель, на которой крепится пулемет, меня перевернуло вниз головой, пояс лопнул, вот в эти мгновения я в мыслях взмолился: «Господи, если останусь жив, — буду верить в Тебя до конца своих дней» и… я полетел вниз и спиной ударился о рацию, закрепленную на резиновых амортизаторах-растяжках, и меня как из рогатки отбросило в хвост самолета. Где кучей лежали брезентовые чехлы. Все это долго рассказывается, но произошло в секунды. И одновременно с моим падением упал и самолет, разбившись на части. Хорошо не загорелся, горючего было мало. Когда я очнулся, пришел в себя, выбрался из-под обломков и понял: это чудо. Я живой, без повреждений, но мой командир погиб. Части кабины и он были среди болота. Через какое-то время обеспокоенные нашим отсутствием прилетели другие пилоты и меня забрали. С тех пор, я ВЕРУЮ В БОГА! Кто бы, что ни говорил, я в этом уверен. Он есть!

После войны Мельников Я.И. продолжал службу в войсках, был участником в ядерных испытаниях, а после положенной выслуги ушел в отставку. На гражданке продолжал трудиться. К моменту, когда его пригласили в церковь жил один, так как супруга умерла, каждое лето уезжал на свою родину в деревню Швариха. Якова Иванович в деревне навещали братья, поддерживали духовно, вместе проповедовали сельчанам, пели, читали Библию, причащались. Отдыхали – ходили за грибами и ягодами, на рыбалку.

В одной из таких поездок я был с братом Володей В. И нам Яков Иванович рассказывал, что в прошлое лето братья ходили пешком до речки Вятки, напрямую километров с десять и были вдохновлены таким «походом». Какая природа Вятского края! Это тайга. Бесконечные леса. Какие озера и речки! Красота. В «походе» по деревне я видел, что избы очень старинные, от них «веяло» стариной. Спросив одну из старушек: «Вашей избе, наверное, лет сто пятьдесят?» Она рассмеялась и сказала с красивым вятским говором: «Почитай все двести». Резные наличники, тесовые высокие ворота, завалинки с окнами. Просто монументы деревянного зодчества. Сравнивать с ними расположенные невдалеке современные дома не имело смысла.

Читайте также:  Как стать миссионером: личный опыт одного проповедника

Мы с Володей не решились идти на Вятку. Нам было достаточно леса и речушки рядом с деревней. Где удалось наловить окуней и сварить хорошую уху. В один из дней мы решили пойти за грибами и ягодами. Яков Иванович провел нас через поле к лесу, и, напутствуя, сказал: «На прошлой неделе бабки ходили за ягодами то встретили мишку. Вы не бойтесь. Просто виду не подавайте, разговаривайте громче, шумите, если его увидите, то он сам тихонько и удалится…он такой… небольшой… малиной лакомился». И когда мы вошли в лес, то Володя стал все жаться ко мне, ходить следом за мной. Я ему советую отойти от меня, чтобы шире охватить место, возможность больше найти грибы, а не пройти мимо. Но он упорно норовил быть рядом со мной. И меня осенило, что брат, мишки боишься? Шуми. Разговаривай громко, то мы его и не увидим. Но брат, отнекиваясь, все жался ко мне. Так мы и ушли, набрав немного грибов и ягод малины, но так и не увидев мишки.

В последний день перед отъездом мы читали Библию, пели, причащались, вели разговор о том, что значит для нас Бог, как наши жизни изменились. Это была последняя встреча и общение с Яковом Ивановичем. Не прошло месяца, как письмо нашей сестры Татьяны Р. направленное ему вернулось с припиской: адресат умер. Грустное известие, печальное, но мы верим, что Яков Иванович сейчас в лучшем месте, где нет болезней, слез, горя, где рядом Бог. Там исполняется наша вера, сбывается надежда, там с каждым остается любовь Бог

 

Автор: Грабовый Олег, московская церковь

Нашли ошибку в статье? Выделите текст с ошибкой, а затем нажмите клавиши "ctrl" + "enter".


Больше статей по теме


Другие темы



Проверь свои знания онлайн!

Хотите проверить свои знания Библии — пройдите тесты на нашем сайте. Выбирайте интересующий тест из списка, отвечайте на 10 вопросов, и сразу получайте результаты! 

Пройти тест


Политика конфиденциальности | Написать письмо
Христианский сайт «Хорошие новости»